Хрупкая корона · Варвара Кроу

Глава 2. Приступ

Лекарь дал мне чёткие указания по уходу за больным и велел пойти дать ему лекарство и осмотреть. Учитывая, какой мерзкий вкус у микстуры, принц после приёма этой гадости велит меня казнить. По спине пробежали мурашки, сердце стало биться чаще. Лукасу пришлось затолкнуть мою тушу в покои Элиаса, поскольку сама я застыла на одном месте, как каменная статуя.

Комната была просторная и выглядела очень богато (разумеется, здесь же принц живёт). На пол стены, что напротив двери, красовалось окно, которое, судя по всему, давно не открывали. Посреди комнаты стояла широкая постель с роскошным бордовым балдахином. Рядом стояло кресло — неверное, кормилица или лекарь дежурили ночью, когда принцу было плохо.

На кровати, свернувшись в клубочек, лежал спиной ко мне Элиас. Лишь белобрысая макушка была видна из-под одеяла, волосы были растрёпанны и торчали в разные стороны. Услышав стук двери, принц сел на постели и окинул меня презрительным взглядом.

— Ты ещё кто такая? — спросил принц, выждав пару секунд.

— Я помощница Лукаса, он попросил дать вам лекарство, — я чувствовала себя не в своей тарелке, разговаривая с ним.

— Не надейся, что я это выпью. Откуда мне знать — вдруг ты яд подсыпала? — сказал принц, обманчиво мягко улыбаясь.

— Прошу, выпейте лекарство. Ничего я туда не подмешивала, — я не планировала отступать, поэтому настойчиво протянула флакон Элиасу.

— Я не буду это пить, долго тебе ещё нужно повторять? — парень кинул флакон на пол рядом с моими ногами, и тот вдребезги разбился, а микстура разлилась.

— Вы же взрослый человек, а ведёте себя как капризный ребёнок! — не выдержала я и повысила голос.

— Что ты себе позволяешь, мерзкая девчонка?! Убери осколки!

— Это не моя обязанность. Я лекарь, а не прислуга.

— Охрана! — крикнул принц, и на его зов прибежали два стражника — Заприте эту девчонку в темнице до утра! Пусть знает своё место.

Меня тут же схватили под руки и потащили по коридору в неизвестном направлении. Зато теперь буду знать — этот путь ведёт к темнице… Спасибо ещё, что не казнили. Меня кинули в сырую тёмную комнату, в которой едва ли могла поместиться я, если лягу вдоль одной из каменных стен. Тут адски воняло гнилью и попахивало дымом, наверняка шедшим от факелов возле каждой клетки. Их было немного — по три штуки на стене.

Я приподняла подол своего льняного платья с меховой подкладкой, которое я целиком и полностью сшила самостоятельно, и села на пол. Меня обеспокоило состояние принца: бледный, болезненно худой для своих лет, с частым и прерывистым дыханием. Видно, лечение Лукаса парню не помогало. Хотела бы я узнать, какими средствами и методами он пользовался, чтобы лучше понимать состояние Элиаса.

Меня начало клонить в сон из-за тусклого освещения и усталости, но спать совершенно не хотелось. Пол уже не казался таким холодным, а тело онемело. Вскоре я начала подлавливать себя на том, что глаза слипаются, и решила всё-таки позволить организму перезагрузиться. Когда мозг уже почти полностью погрузился в царство Морфея, в темницу кто-то вошёл, и судя по шагам, это был не один человек. Я открыла глаза, и увидела тех самых стражников, которые привели меня сюда. Сердце инстинктивно начало биться чаще, пока меня терзала мысль — судя по лунным лучам на полу, сейчас глубокая ночь, а значит меня не должны выпустить сейчас.

Охранники открыли дверь клетки и чуть ли не выволокли меня из неё. Спросонья я соображала плохо, но уже вовсю пыталась вникнуть в спешные фразы мужчин.

«Принцу Элиасу плохо…»

«Совсем бледный…»

«Бьётся в судорогах и тяжело дышит…»

Симптомами приступ похож на астматический, но тогда он бы не просто тяжело дышал, а задыхался, поэтому сомнения у меня уже появились. Я вслед за стражниками побежала к покоям принца. В темноте ночи коридоры выглядели иначе, чем днём, а путь казался дольше.

Когда мы забежали в комнату, где на постели, сбросив половину одеяла на пол, бился в судорогах принц. Он действительно был бледнее, чем во время нашей прошлой встречи. Возле его кровати сидел Лукас и кормилица, оба растеряны и напуганы до дрожи в руках.

— Астрид, наконец-то! Я не знаю, что делать — обычно ему помогали мои лекарства, но сейчас он на них не реагирует! — восклицал Лукас, искренне переживая за принца.

— Что вы ему обычно давали? — спросила я, мысленно уже перечисляя травы, которые могут помочь.

— Лауданум… Мышьяк… — перечислял Лукас, а я про себя благодарила бога, что принц ещё жив.

— Принесите эвкалипт, тимьян, валерьяну и лаванду, и ещё что-нибудь, в чём можно заварить отвар, — приказала я стражникам, а сама подошла к кровати, чтобы осмотреть Элиаса.

Его кожа была горячей и покрыта испариной. Зрачки были расширены, а реакция на свет была замедленна. Судороги сотрясали его худое тело, а валерьяна и лаванда подействовали бы как успокоительное.

Стражники возвратились как нельзя вовремя, в их руках были небольшие мешочки с травами и два чугунных котелка. В одном котле мы с Лукасом заварили отвар из валерьяны и лаванды, а в другом смешали эвкалипт и тимьян. Содержимое первого котелка Лукас налил во флягу и дал принцу. Тот отворачивался и пытался сопротивляться, но лекарь заставил его выпить всё до дна. Я поднесла котёл с дымящимся отваром к лицу принца, аккуратно наклонив его за затылок.

— Вдыхайте пар, — догадался Лукас и сказал это Элиасу раньше меня. Принц даже не начал спорить — просто делал так, как ему сказали.

Спустя несколько бесконечно долгих минут я заметила, что принцу полегчало, а его дыхание стало ровнее. Я аккуратно взяла руку Элиаса и приложила к его запястью два пальца. Пульс немного успокоился, однако сердце всё ещё билось быстрее обычного. Элиас смотрел на меня с непониманием и удивлением, как ребёнок смотрит на какое-то новое явление. В его взгляде я не увидела ненависти, хотя, вероятно, он её просто скрывает.

— Мышьяк убрать, лауданум тоже, они только провоцируют приступы. Я всё, дальше решаете вы, — сказала я, обернувшись к Лукасу.

— Астрид, я бы хотел предложить тебе стать личным врачом принца. Ваше высочество, что вы думаете? — при этой фразе старика глаза Элиаса расширились, и он вновь посмотрел на меня с презрением и гордостью.

— Я всё ещё не доверяю этой выскочке! Да и вообще, мне вполне подходит лечение Лукаса! — воскликнул принц, размахивая руками в порыве эмоций.

— Как вы пожелаете, ваше высочество. Но я бы очень рекомендовал Астрид, о многом, что она мне сказала, я даже не знал, — с этими словами лекарь и слуги ушли.

Я тоже хотела покинуть покои Элиаса, но тот одёрнул меня за руку, да так нагло, что если бы он не был наследником престола, уже получил бы подзатыльник.

— Чем ты Лукаса опоила, стерва?! Он никогда никого не берёт в помощники, а тут аж предложил моим личным лекарем стать! — крикнул принц, сжав мою руку до онемения.

— Ничем. К слову, если планируете и дальше медленно умирать, можете не принимать мои лекарства, я вас не заставляю.

— Да я тебя каз… — Элиас не успел договорить фразу, как у него начался сильный надрывной кашель, который, казалось, разрывает ему лёгкие.

Я представляла, насколько это больно, а потому в спешке взяла отвар с тимьяном и эвкалиптом и поднесла миску к лицу принца. Пришлось самой наклонить его голову над паром, потому что от кашля он стал совершенно беспомощным. Когда приступ закончился, Элиас был вымотан, а я встревожена. Два приступа за такой короткий срок уже заставляли переживать.

— Горло болит… — простонал Элиас хриплым голосом.

— Откройте рот, пожалуйста, — не дожидаясь ответа, я взяла принца за подбородок и потянула вниз.

Он пытался сопротивляться, но я не дала ему права выбора. Его горло было красное (не удивительно, что болит), а на корне языка я заметила кровь. Значит, всё гораздо хуже, чем я ожидала.

— Ваше высочество, а у вас есть ещё жалобы помимо дыхания и усталости?

— После того, как Лукас даёт мне отвар с лауданумом и мышьяком, меня обычно рвёт, но мне кажется, так надо, — сначала мне действительно казалось, что Элиас шутит, но потом поняла — он серьёзно.

— А Лукас знает об этом? — спросила я, глядя в серые, холодные, словно лёд глаза принца.

— Да. Он сказал, что это нормальная реакция.

— Хочу вас огорчить, это очень плохо. Рвота появляется, если в организме что-то не так, — я рассказывала об этом и одновременно ощупывала живот принца. Я не почувствовала никаких отклонений, живот мягкий, всё в пределах нормы.

— Ну?

— Не знаю, что это может быть. Как подумаю, приду, — ответила я и пошла в сторону двери.

— Астрид, а если снова станет плохо, но никто не заметит? Что тогда будет? — голос Элиаса звучал тревожно, его явно давно волновал этот вопрос.

— Такого не случится, у ваших покоев охрана.

— А вдруг?

— Тогда, скорее всего, вы умрёте, — при моих словах принц побледнел и сжал кулаки на одеяле, но не от гнева, как обычно, а от страха.

Мне было искренне жаль его. Жить, зная, что каждый миг может стать последним, это очень страшно. Особенно, когда и так тебя могут предать близкие люди.

— Если вы хотите, я могу переселится поближе к вам, чтобы в случае чего быстрее прийти.

Элиас робко кивнул, его пепельные волосы рассыпались по лицу, и я поняла, что любуюсь им. Этой бледной кожей, этими глазами, этими послушными прядями… Никогда раньше я бы не подумала, что увижу принца, тем более на расстоянии вытянутой руки.

← Предыдущая: Похищение · Следующая →: Доверие